Касса 312-45-55

Уловки Дороти Дот

Сомерсет Моэм

 « От женских чар можно спастись только в гробу» - это определение как нельзя лучше описывает темперамент и воинственную стратегию богатой вдовушки Дороти Дот, вознамерившейся во что бы то ни стало женить на себе юного Джеральда. Но Джеральд...

22

Май
19:00

Чердынцев Павел. Аленький цветочек // Частный театральный портал «Жизнь – театр». 2010.27 дек.


27 Декабря 2010 Пресса о нас
Я думаю, любой, кто когда-либо брался за написание развернутого отзыва о детском спектакле, в основе которого общеизвестный сюжет, прежде всего, озадачивался вопросом: "А как, собственно, писать?"
Пересказывать содержание нужды нет: его и так все знают; подмечать тонкости режиссуры и сценографии – дело почти безнадежное, т.к. тонкости эти, за редким исключением, в спектаклях для детей отсутствуют, а если и присутствуют, то, как правило, ничем хорошим не являются, а говорить плохое о подобных спектаклях, вроде как, и неловко: в конце концов, не для тебя, взрослого, сильно умного дяди ставили, так что – сиди, вспоминай радость на лицах малышей во время просмотра и пиши сугубо положительный отзыв.

А как, собственно?..

Таким же вопросом, вероятнее всего, задаются и режиссеры, когда берутся за постановку какой-нибудь чрезвычайно популярной сказки. Скажем, "Аленький цветочек" в пересказе Сергея Аксакова.

Уж, казалось бы, зачем здесь нужен режиссер, в значении: художник, творец, изобретатель? Можно ограничиться просто организатором процесса, координатором всех служб, предводителем вместе взятых костюмеров, осветителей, сценографов, музыкантов, актеров и прочих. Собирай, в общем, людей, осваивай смету и не мудри. Ведь все ясно…

Было у богатого купца три дочери. Собрался купец в дальние края по торговым делам – заказали дочери ему подарки. Две старшие – подарки нормальные, ну там венец на голову, что ярче луны, или зеркальце, что красивее делает. Ерунда, что для добычи первого подарка нужно сначала приобресть аж пирамиду египетскую, а для второго целых три тысячи стражников отвратить от пути истинного, простым языком говоря – подкупить. Третья же дочь учудила, порадовала, так сказать, отца-батюшку бескорыстием: дескать, достань, попросила, мне безделицу сущую – цветочек аленький, самый аленький (да удаленький) на всем белом свете. А больше мне, мол, бессеребренице, ничего и не надобно. Как отказать? И поплыл чадолюбивый торговец, по прозванию Иван Кузьмич, с верным слугой Лукичем, по морям-океанам: пред соблазнами бездельных народов устоял, великой китайской стеной побрезговал, от пиратов улизнул, да к тому же – представьте себе – подарки двум старшеньким, Варварочке да Федорушке, справил. А как цветок этот вычурный заиметь в свою собственность – да и где заиметь-то? – так для себя и не выяснил.

Ну и так далее. В общем, ставь, постановщик, как есть, не ломай себе голову.

Эдуард Гайдай решил поломать. Он и сказку, оскомину русскому человеку с детства набившую, для театра додумал (самостоятельную пьесу написал), и сам срежиссировал, да еще и в роли композитора выступил. Все это он сделал не на уровне несомненного мастерства, но от тривиальной трактовки ушел – уплыл дальше некуда.

И получилось, что в эпицентре повествования оказались не Настенька, младшая доченька, с сокровенным своим чудищем, а отец ее, т.е. будущий тесть чудища, эдакий русско-народный Синбад-мореход в купеческом одеянии.  Где у Аксакова один абзац, у Гайдая полспектакля. Это я о морском путешествии Ивана Кузьмича. И не было у прежнего сказочника в мыслях ни пирамиды египетской, ни стены китайской, ни пиратов, мною выше упомянутых (и в спектакле обговоренных либо показанных), как не было торговцев оригинальных мухоловок и молчаливых, но знающих премудрости верблюдов.

Далее оказалось, что чудище вовсе не чудище, т.е. не нечто всех пугающее, а что-то очень даже прикольное, для самых трусливых детишек приемлемое: не только яствами внезапную суженую угощающее да спать заботливо укладывающее, оставаясь невидимым, но и очевидно поющее, танцующее и даже кукольный театр показывающее.

Ну конечно вышло не бесспорно, но интересно, весело, познавательно и ново. Избитый – бабушкиным чтением, киновмешательством, мультипликацией и прочим, и не единожды – "Аленький цветочек", благодаря фантазии Эдуарда Гайдая и мастерству художников Александра Мохова и Марии Лукки, засветился новыми красками, оброс, если допустимо так выразиться, новыми лепестками, иные сюжетные пчелы залетали вокруг него да около.

Всенепременно детям было бы радостно и без нововведений, им бы и каноническую версию неплохо было бы поглядеть.

И поглядят: другие человеческие эмоции испытают, иным художественным решениям внимут. Жизнь детская – длинная. И бабушки еще почитают, и родители мультик на диске купят. Все с тем же названием – "Аленький цветочек".

Но и этот, увиденный в театре Комедии спектакль, вряд ли в скором времени позабудут. Как не забыли создатели спектакля о том, что они художники, творцы, изобретатели. Как не забудет автор этих строк, что и он там был, мед-пиво не пил, но по пришествии домой головой мучился, соображая:

– Как, подобно Эдуарду Гайдаю и компания, своеобразно скользнуть по заезженной волне?

http://zhizn-teatr.ru/rubric/performance/3/103


Вернуться к списку новостей

Генеральные партнеры

Информационные партнеры

Партнеры