Пропуск в мир Комедии АБОНЕМЕНТЫ Касса 312-45-55

Старый дом

Алексей Казанцев

Сценическая версия театра
    Пьеса « Старый дом», написанная в середине 70-х, стала для драматурга Алексея Казанцева настоящим « звёздным билетом». Её  сразу поставили более семидесяти театров, и каждый раз спектакль станови...

21

Февраль
19:00

Театр Комедии им. Н. П. Акимова представил спектакль «Лес» по пьесе великого драматурга


9 Февраль 2023 Пресса о нас
В апреле исполнится 200 лет со дня рождения Александра Островского. Уже составлена программа празднования, петербургские театры, конечно, не остались в стороне. Обещано, как минимум, восемь премьер.
Все фотографии () Театр Комедии выбрал для постановки пьесу, которую сам Островский называл своим лучшим произведением. По определению автора, это комедия, но если присмотреться, в ней смешались и водевиль, и фарс, и драма… Не случайно «Лес» вдохновлял и продолжает вдохновлять режиссеров на эксперименты. Впрочем, на этот раз никаких дерзких, внезапных, спорных решений не случилось. Художественный руководитель театра Комедии Татьяна Казакова предпочла экспериментам — традицию, эксцентрике — иронию. Никакой актуализации, о которой так азартно размышляли критики и практики на прошлогоднем «круглом столе» фестиваля «Вперед, к Островскому!».

В роли Гурмыжской — Эра Зиганшина, народная артистка России, виртуоз своего дела. В роли Несчастливцева — заслуженный артист Сергей Кузнецов (его трагик неожиданно интеллигентен и даже мягок). Карп Савельевич в исполнении народного артиста Валерия Никитенко больше похож на местного духа-хранителя, чем на лакея. Да и в образе ключ­ницы Улиты (Елена Мелешкова) проглядывают черты мелкой нечисти (не то домовенка, не то иной какой‑то хтонической сущности). Что неудивительно — действие разворачивается в заповедном и дремучем лесу, созданном художником Александром Орловым.

Занавеса нет. Его подобие формируется из мягких валиков-стволов, сшивающих сценическое «небо» с «землей». Каждый раз, в каждом новом явлении они по‑разному раздвигаются, распределяются по сцене. Задник — огромное зеркало. Персонажи то мечутся между «деревьями», пытаясь отыскать друг друга, то отдыхают на «полянах», возникающих на их пути. «Живем в лесу, молимся пенью, да и то с ленью», — говорит Карп. «Зачем мы зашли, как мы попали в этот лес, в этот сыр-дремучий бор?» — вопрошает Несчастливцев. И образ страшноватого, выморочного, заросшего странной зеленью пространства блистательно воплощен художником.

Да, это лес. Но одновременно и некое зазеркалье. И даже подводное царство. «Гуляю по саду, а сама все на озеро поглядываю… И дома‑то я сижу, так все мне представляется, будто я на дно иду, и все вокруг меня зелено», — плачется бедная Аксюша, которую из милости приютила Гурмыжская. Свет меняется, вокруг героини словно сгущается воздух, сцена преображается в холодный, зеленый с синевой водоем. Словно влюбленная девушка — уже на дне, в омуте. Словно и не девушка она, а русалка… И вдруг становится понятным, почему Карп Савельевич носит рыбье имя.

Все эти превращения даны мягко, намеком. Декорации будто разыгрывают на заднем плане свой собственный спектакль, дополняющий и углубляющий основные коллизии. События же, которые разворачиваются на верхнем слое, на уровне сюжета, очевидны, забавны, откровенно театральны. Игровую природу действия подчеркивают костюмы (художник Ирина Чередникова) — не исторические, стилизованные под вторую половину позапрошлого столетия, высмотренные сквозь призму прошедших лет, истории театра.И, конечно, текст Островского снова и снова радует неожиданными эпитетами, перевертышами, играми смыслов. Артисты не усложняют его парадоксальными оценками, реакциями — просто наслаждаются сами и веселят зрителя.Тем, кому интересны оригинальные, авторские режиссерские прочтения классики, эта постановка вряд ли понравится. В ней нет жесткой концепции, конструкции, нет отсылок к проблемам современности. Это канонический Островский, чуть разбавленный мягкой иронией. Визуалов, то есть тех, кто активно интересуется зрительными образами, порадует и вдохновит работа художника. Те, кто позабыл сюжет, получат удовольствие, заново открывая его для себя. Спектакль длится три часа — для Островского немного. Как их провести — посмеяться, задуматься, поскучать или развлечься, — каждый обладатель билета решит сам. Ибо, как сказано у Островского: «Что лучше — не знаю: у всякого свой вкус».

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 24 (7353) от 09.02.2023 под заголовком «У всякого свой вкус».

Вернуться к списку новостей

Генеральные партнеры

Информационные партнеры

Партнеры

Решаем вместе
Сложности с получением «Пушкинской карты» или приобретением билетов? Знаете, как улучшить работу учреждений культуры? Напишите — решим!